Назад к оглавлению

Фрейлины…

21 число месяца Трагус, эры Порядка.
Дневник пилота борта №31.
Я счастлив. Мне шестнадцать лет, два месяца прошло с момента присяги и госпожа маэстро уже поручает мне столь важное задание! О, эти слова, эти волшебные слова - Госпожа Маэстро требует к себе Антира Финицетти! Да, госпожа! Я иду! Вам стоило бы лишь на мгновение, краешком сознания вспомнить обо мне, и я тут же встал бы перед Вами, ибо каждая Ваша мысль материальна, Вы повелительница мира, вы единоличная властительница неба! Да как смеет мир существовать в своем несовершенстве и копоти, когда Вы, хотя бы изредка, бросаете на него свои взоры! Боже, почему ты не дал мне крыльев?! Почему проходит целых двадцать секунд, прежде чем я, с легкими, рвущимися наружу, с туманом в голове от недостатка кислорода, с чугунными онемевшими ногами, из дворцового подземелья, с гоуп вахты предстаю перед свое госпожой?! Зачем ты толкаешь меня на это жуткое предательство, зачем заставляешь ее бесконечно долго ждать, дабы увидеть такое убожество, как я?! Сама маэстро решила попытаться выносить мое присутствие, и это после того, что я сотворил…
Цикада, какой же ты сукин сын! О, простите меня, маэстро, видите, я падаю перед ним ниц, я целую его ноги, его чертовы пыльные серые сапоги - все, что хотя бы чем-то дорого Вам, священно! Но я завидую. Я низок и пошл, я не достоин целовать его ноги, но я смертельно завидую - ведь он каждую минуту подле Вас!
Но по порядку. Я купил в Анатоле, у грязной сопливой девчонки-торговки перламутровый нож, его не отслеживает система безопасности, вмешался в свиту, и, о чудо, ко мне снизошло благословение творца - я коснулся кончиками пальцев Вашего шлейфа. Я был тогда уверен, что стою на правильно пути, и только потом понял, как виноват перед Вами за это прикосновение. У Вашего помощника моментальная реакция. Вы не даром выбрали его, он лучший. Но я смог бы превзойти его, одно Ваше слово, один Ваш жест, прикажите… что со мной? Я смею обращаться к Вам? И писать в повелительном наклонении?! Если бы только не отняли у меня оружие, я бы пробил себе колено за такую дерзость, клянусь! Закусываю до крови сустав указательного пальца, чтобы изгнать недостойные мысли. Но рассказать я должен: я рванулся к нему, он и не мог предположить, что мальчишка, с таким рвением бросившийся подносить ему воду для омовения рук, так серьезно его ранит.. Я помню каждую мелкую деталь. Ваше безмолвное совершенство и ледяную фигуру, стоящую подле Вас, просторный пиршественный зал, не парадный, а личный, Ваш, огромные бассейны по краям, пустой белый стол, белые пол и потолок, хруст вспоротой ткани черного балахона Цикады, тяжелый изумленный выдох, всплеск и алмазные брызги, режущий уши лязг и скрип набоек и кожи по полу, и мгновенно окрасившуюся воду… Вы, госпожа маэстро, бросились к нему, потянулись за край резервуара, промок насквозь лиф Вашего платья и несколько локонов из прически, и я упал без сознания, когда увидел, с какой тревогой и нежностью Ваши пальцы коснулись его щеки. Говорили, что у меня остановилось сердце.
А теперь Вы посылаете меня в наблюдательный пункт при Отланде, в самый центр военной кутерьмы людишек. Моя цель - собрать как можно больше информации об объекте, пирате Александре Роу и его корабле с ворованной установкой, передать сведения во дворец и уничтожить его. Любой ценой.
Алекс Роу. Имя неприятное, короткое, стремительное, как хук в челюсть без замаха. И он самый счастливый человек на земле, после Цикады. Его имя известно Госпоже, она знает, что он существует, она, Величайшая из когда-либо существовавших, помнит о нем. Нет, верно было мое стремление - покончить с недостойным ее - вод только не того я выбрал. Я убью тебя, Алекс Роу, предводитель бунтовщиков. Я стану жить ради этого.

21 число месяца Трагус, эры Воздуха.
Маэстро.
Дельфина Эльклер.
Интермедия.
Квентин Кальт.
Дио.
Люсиолла.
Истинный брат свой сестры…
Лекция.


(с) Marina Gershvich 2006


Назад к оглавлению



(с) Jo.S. 2005-2017 (подбор материала, редактирование, кодинг и дизайн)