Назад к оглавлению

На смерть Алекса.

«Ведь не имеет значения, любишь или ненавидишь. Главное – чтобы всем сердцем». Элеонора Раткевич. «Парадоксы младшего патриарха».

-Ты смеялась… Смотрела, как мы гибли… И смеялась…
Резкий хруст. И из её испуганных глаз медленно уходит жизнь. Как давно ты мечтал об этом, капитан? Все именно так, как ты и хотел. Твоя святая месть свершилась. Ты устало отшвыриваешь её тело…
Почему так пусто вокруг? Что происходит?
- Юрис… - шепчешь ты, но с ужасом понимаешь, что не можешь вспомнить её лица. Годы ненависти выжгли поверх её черт другие – холодное лицо Маэстро Дельфины. Ты отчетливо, не «вдруг» а неспешно и полностью понимаешь, что не можешь жить без Дельфины. И не хочешь.
Словно услышав твои мысли, «Сильвана» стреляет. Ты знаешь судьбу Гильдии после такого выстрела. И мысль о том, что ты разделишь эту судьбу так прекрасна…
Все стекла выбиты, тело маэстро исчезло и ты остаешься один на один с неимоверно ярким светом. Ты видишь небо. Огромное и пронзительно синее. Такое, как в последний день твоей мирной жизни. И на несколько секунд ты веришь, что это все еще тот день, десять лет назад, что нет больше этих лет боли и одиночества, и что только вчера Мариус отдал Гамилькару письмо в Дизит. И вы ушли в небо.
- В небо.
Все кончено, капитан. Ты мертв.


Пешки.

Монолог Рассиуса Дагобелла в адрес Мариуса.
Как мы знаем, в сериале присутствуют двое Маэстро Гильдии: нынешняя – Дельфина и свергнутый Мариус. Мы видим, как Дельфина относится к жизням людей, но(!) никто не говорит, что прочие Гильдиеры во время своей власти относились к ним лучше. Нет, их не убивали, как во времена Дельфины, но вряд ли относились как к равным. Скорее – как к пешкам.Итак, ты добился своего. Впрочем, как и всегда. Ты всегда и все продумывал до мелочей. Только в этот раз ты играл зря.
Ты был великим Маэстро. Лучшим за всю историю Гильдии. Мудрым и сильным. Всевидящим. Как мог ты хотя бы предположить, что кто-либо осмелится бросить тебе вызов. Свергнуть. И конечно, никто не ожидал этого от этой девчонки из слабейшего дома Эраклие.
Все просто. Мы не ожидали. И мы проиграли. Гамильтон. Бассариус. Дагобелл. Остались лишь слова, от которых раньше трепетали сердца. Теперь они мертвы. МЫ мертвы.
И ты решил мстить. Ты блестяще спланировал эту партию. Все прошло великолепно.
Как мог Император не принять беглого Маэстро с технологиями Гильдии?
Как могла твоя дочь отказаться от полета через Грандстрим?
Как Алекс мог ей отпустить одну?
Как они могли долететь?
Потом ты вовлек в игру меня. Клавдиевый двигатель с моего корабля и мои знания. Я видел тогда, что Алекс еще живет. Он мог победить свою боль тогда. Но ты предвидел это. Ты воспитал Софию как свою дочь… Во всех смыслах. Бедная девочка, с ранних лет под ношей ответственности и без внимания отца. Ты легко вылепил из нее новую Юрис. И отправил на «Сильвану».
Алекс пытался, я видел. Он сумел-таки разглядеть в ней что-то большее, чем надетую тобой маску. Он начал влюбляться в нее, освобождаться от тяжкой ноши боли и одиночества – слишком тяжелой для его двадцати лет. Но ты был начеку. Потрясающе, как же тебе было легко вбить ему в голову, что именно он виновен в провале посольства. Струсил. Подвел. Погубил. Не имеет права любить. Должен отомстить.
Ты учил его «правильно» относиться ко всем окружающим. Ты искалечил его душу. И только тебе он по-настоящему верил.
Ты настроил их всех на то, чего хотел. Своей кончиной ты поджег фитиль. Взрыв произошел именно тогда, когда было нужно….
Ты победил, Мариус. И все же, ты – проиграл. Проиграл, потому что София не стала Императрицей. Она нарушила данную тебе клятву, она не исполнила твоей последней просьбы. Мир этот не будет таким, каким ты хотел его видеть. Гильдия не повторится на земле. Потому что, знаешь, Мариус… Любовь – это сила, в которую надо просто один раз поверить. Ты – не сумел. А они – сумели. И они – вместе.

(с) Ламира 2005


Назад к оглавлению



(с) Jo.S. 2005-2017 (подбор материала, редактирование, кодинг и дизайн)