Назад к оглавлению
Небесный Капитан
Слово вступительное, неотъемлемое.

Алекс Роу, вариация первая.

Винсент Алзей, вариация первая. Воспоминания.

Алекс Роу, вариация первая, прерванная.

Принцесса София, вариация вторая.

Юрис, вариация вторая.

Татьяна Висла, вариация вторая.

Принцесса София, вариация вторая.

Винсент Алзей, вариация вторая.

София, вариация вторая, прерванная.

Клаус Барка, вариация третья.

Алекс Роу, сны.
Сон первый.

Сон второй.

Сон третий.

Лихорадка, бред, кровь и слезы.

Вариация четвертая, Дио Эльклер.

Маэстро Дельфина, вариация четвертая.

Юрис Басьянус, вариация четвертая.

Алекс Роу, вариация четвертая, прерванная.
София даже как-то с мольбой смотрела на капитана. Он что-то шептал тихо: бредил. Как же ей хотелось чтобы он умер там, на крейсере маэстро, с ее, Софии, именем на губах!.. Но мысли Алекса Роу на смертном одре неизменно возвращались к молодому пилоту. Сложный выбор стоял перед принцессой: завещание лежало у нее запертое в нижнем ящике стола, написанное и заверенное два года назад, после битвы при Отланде, и с практической стороны ничего не стоило сказать, что капитан не вменяем, и остаться с ним до конца. Но Алекс несколько раз приходил в сознание и приказывал привести Клауса. Третий подъемник съехал в ангар с предательским лязгом, сразу дающим знать, что экипаж Сильваны, включая и отморозков-механиков, гораздо больше был заинтересован в происходящем, чем стремился выставить напоказ. Обшивка в нескольких местах пробита пулями, Гудвин, несколько минут назад явно злостно, наплевав на им же установленные правила, куривший, деловито спаивал трос четвертого ваншипа. Можно курить в помещенье, где керосин, масло и клавдия - естественная среда обитания, можно в открытую валять дурака, можно сплетничать, аки бабки на завалинке, можно сидеть, когда входит офицер, да не просто офицер, а первый помощник капитана: потому что этот самый капитан непобедимого судна Сильвана в любой момент может отойти в мир иной, а если Титаны дохнут и рушатся монументы, значит, можно плюнуть на такие простые и земные правила, как работа и суверенитет:
- Клаус Барка - зайти к капитану. - "Капитан хочет видеть Клауса Барку". И больше никого. И к "Никого" относится и госпожа принцесса: госпожа императрица Альянса, София Форестер.

Клаус нехотя, впиваясь глазами в пол и стараясь прирасти к нему, а лучше провалиться сквозь, вошел в каюту Алекса Роу. Капитан перед его приходом тщательно застегнулся на все пуговицы, чтобы не видна была раны и уже заляпанная кровью, недавно свежая повязка, но все еще полусидел в постели. Он был в полном сознании. Шаг. Еще один. Зубы сжимаются до боли, до щелчка в челюстях: и тут пилот поднял взгляд и чуть ли не подбежал к Алексу. Тот заговорил. Начал сбивчиво, взведено, то и дело сбиваясь. Голос у капитана был неожиданно хриплый, скрипучий. Больной был голос. Дельфина коготком задела легкое.
- Клаус. Я сказал тебе больше чем вообще мог бы сказать: ничего не могу предложить или посоветовать: потому что не имеет права проклятый советовать тому, чья жизнь только начинается. И дать тебе я тоже ничего не могу: разве что деньги. Ничего не говори, не отказывайся. Пожалеешь потом. Я тебе оставляю десять тысяч клавдиев. Тебе и Лавери. Живи, как хочешь и как считаешь нужным, но ты больше не будешь голодать. Она рассказывала: нет, этого больше никогда не случится. Я слишком мало могу для тебя сделать, слишком мало могу сделать для Его сына, а мне он дал несравнимо больше: но деньги ты возьми. Обещаешь.
- Конечно:
- Хорошо. Спросишь у принцессы. В завещании моем тебя нет, но она тебе поверит. И позови ко мне Татьяну.

Клаус Барка, воспоминания.

Алекс Роу, вариация четвертая, прерванная.

Винсент Алзей, воспоминания.

Принцесса София, воспоминания.

Цикада, вариация четвертая.

Лавери Хэд, вариация четвертая.

Винсент Алзей, воспоминания.

Запись в дневнике Александра Роу...



(с)Сандра Хунте 2006 tagava@bk.ru


Назад к оглавлению



(с) Jo.S. 2005-2017 (подбор материала, редактирование, кодинг и дизайн)